Легенды уральской политики. Беседа четырнадцатая. Олег Чемезов: «Горжусь тем, что могу честно говорить о любом своем поступке в жизни». Продолжение

Во второй части интервью Олег Чемезов рассказывает о работе Сергея Собянина, депутатской профессии и важности баланса

Сегодня героем спецпроекта «УралПолит.Ru» «Легенды Уральской политики» стал депутат Тюменской областной думы Олег Чемезов. Человек, органично влившийся в политическую среду из медицины, поработавший в разных ветвях власти Тюменской области и Ханты-Мансийского автономного округа, стоявший у истоков инвестиционной активности в регионе. Он занимал должность заместителя губернатора в обоих субъектах. А во времена противостояния Севера и Юга, разразившегося в конце 90-х, имел возможность взглянуть на ситуацию с обеих сторон. Первую часть интервью читайте здесь.

Часть 2. «Горжусь тем, что могу общаться с теми людьми, с кем хочу общаться, и не общаться с теми, с кем не хочу»

«Не критикуют тех, кто ничего не делает»

– Давайте вернемся к хронологии событий. В 2004 году вы возвращаетесь в Тюмень.

– Я же уезжал из нее практически студентом. А вернулся уже в совершенно другой город. За три с небольшим года у руля области Собянин полностью перевернул представление о формировании городского облика, управлении, работе транспорта, о развитии дорожной инфраструктуры, ЖКХ и так далее. Это как раз было примером того, что мирные добрососедские отношения идут только на пользу людям.

– Вас Собянин пригласил?

– Он меня приглашал, но приехал я только после того, как меня отпустил Филипенко. И я попал в совершенно другую систему с совершенно другими методами управления и представлениями о развитии экономики. Экономика Ханты-Мансийского округа по сути являлась монополярной. Основу там составляют предприятия топливно-энергетического комплекса. А в Тюменской области экономика куда более разноплановая, начиная от сельского хозяйства, предприятий, обслуживающих сферу ТЭК, и заканчивая социальной сферой, образованием и так далее.

– В тот период можно было разглядеть в Сергее Собянине будущего главу администрации президента, а впоследствии и мэра Москвы?

– Его масштаб был виден, еще когда он работал в ХМАО. Ощущалось, что это человек другого уровня, развивающийся по своей особой траектории. И уже с первых дней его прихода в Тюмень пошли разговоры, что Собянин уедет в Москву. И потом 2-3 раза в год эти слухи возникали с новой силой. Но в то же время нельзя забывать, что команда федеральных властей формировалась конкретной группой интересантов с общей историей. Собянин в эту историю не попадал. И когда его позвали руководить одним из самых влиятельных органов – администрацией президента, это было таким сумасшедшим кредитом доверия, что мы здесь немало удивились. А вот когда его назначили мэром Москвы, это удивления не вызвало. Уже было очевидно, что Сергей Семенович – человек федерального уровня. То, как сейчас он работает в столице, доказывает, что выбор был правильным. Он на своем месте.

– Находятся критики его деятельности.

– Кто бы что там ни говорил, он много сделал, чтобы преобразить Москву и сделать жизнь москвичей лучше. Не критикуют тех, кто ничего не делает. А он каждый день совершает маленькие перевороты, привносит изменения. Это и коммуналка, и парки, и проект «Моя улица», и замена хрущевок. Многие проекты, которые запустились в Москве, потом проецируются на остальную Россию. Хотя раньше было наоборот: управленческие проекты обычно обкатывали в малых масштабах. А Собянин не ждет, а придумывает и внедряет что-то новое. И другие смотрят и думают: в Москве это уже делают, почему бы не сделать у нас – в Тюмени, в Екатеринбурге и так далее.

– И все же москвичам сложно угодить.

– А не надо всем угождать. Он делает то, что считает нужным и правильным. Я не могу сказать, что у него на посту мэра были какие-то серьезные ошибки. Может быть, с точки зрения москвичей это выглядит иначе, но когда не живешь в Москве, а наблюдаешь со стороны, бываешь там время от времени и замечаешь какие-то перемены, то возникает мысль: и чего они возмущаются? Им так повезло, что их администрация столько всего делает для горожан.

– С нынешним главой региона Владимиром Якушевым вы также недолго поработали в одной команде.

– Надо признать, что Тюменской области везет на губернаторов. То, что именно Якушев стал главой региона после Собянина, на мой взгляд, было в тот момент единственно правильным выбором. Кто бы какие амбиции ни проявлял из тогдашнего окружения. Во-первых, Якушев как вице-губернатор был очень глубоко погружен во все процессы, во-вторых, у него была уникальная школа за плечами. Он работал и в Ямало-Ненецком округе, и хорошо знал Югру. Мы познакомились еще в тот период, когда я работал в правительстве ХМАО, а он там реализовывал проекты в бизнесе. Уже тогда, несмотря на молодость, он проявил себя как хороший управленец.

И ему присуща та же черта, что и Филипенко: перед принятием решений он взвешивает все нюансы, за и против. Но, кроме прочего, у него есть еще и хороший бэкграунд работы в бизнесе и финансовой сфере. Поэтому он может оценить все решения с точки зрения влияния на бизнес-процессы и экономику. Мне кажется, именно эти сочетания качеств позволяют ему постоянно входить в топы лучших глав регионов, в том числе по такому показателю как привлечение инвестиций. Он хорошо понимает, какие процессы с точки зрения работы власти важны для бизнеса и какие двигают экономику. Это помогает создавать на территории благоприятные условия для инвестиций. В конце концов, когда бизнес в регионе чувствует себя хорошо, это означает создание новых рабочих мест, хорошую заработную плату, налоги. Отсюда наполнение бюджета, а соответственно, и выполнение социальных обязательств.

Ведь и нормальное коммунальное обслуживание, и хорошие дороги тоже важны для бизнеса. И если он на территории оживает, это влияет на развитие образования, появляются деньги на здравоохранение, культуру и так далее. Все эти сферы начинают взаимно развивать друг друга. Владимир Владимирович все это четко видит. Поэтому у него в портфеле всегда припасено инвестпроектов еще на триллион рублей.

Еще, знаете, когда человек занимает достаточно высокую должность, у него порой некоторые человеческие качества исчезают. Многие просто забывают, откуда они вышли, с кем рядом выросли. А Владимир Владимирович, насколько я знаю, в процессе роста остался хорошим другом для своих друзей и очень обязательным человеком. У него нет лукавства. Он не барствует, а именно служит. Это очень ценное качество для губернатора.

– Тем не менее, наверное, поначалу ему было тяжело, особенно когда народ еще какое-то время ностальгировал по собянинским временам.

– Мне не показалось, что ему было тяжело. Наоборот, он с легкостью подхватил это знамя. Он ведь и команду даже не взбодрил, никого не уволил. По-моему, чуть ли не половина членов правительства с тех лет продолжает работать по сей день. То есть он принял заданный темп, а затем и привнес свое видение. А то, что Собянина потом еще вспоминали, когда пару раз снег с улиц не убрали, то это были разовые ситуации. К тому же, давайте вспомним, что когда при Собянине хорошо чистили улицы, мэром был как раз Якушев. А вообще не бывает так, чтобы все были довольны. Даже когда солнце встает, не все бывают этому рады.

– Период вашей работы в должности первого заместителя губернатора Тюменской области получился непродолжительным. Тем не менее, считается, что именно при вас были заложены первые основы для развития промышленности и притока инвестиций в экономику юга области, что сейчас является визитной карточкой региона. Как вы сами оцените свою работу в этом направлении?

– Собянин создал департамент стратегического развития, он уже тогда понимал, что надо двигаться в этом направлении. Хотя, скажу честно, это я настаивал на создании такой структуры. Сейчас это департамент инвестиционной политики. Вы же понимаете, чтобы какая-то работа делалась, нужно, чтобы ее кто-то организовал и продвигал. Экономика региона была сложной и противоречивой и серьезно зависела от ТЭК и сельского хозяйства. Что в одной, что в другой отрасли время от времени случаются кризисы. То погода не та, то цены на нефть падают. Мы понимали, что из-за этого всех потряхивает. Собянин адекватно оценил ситуацию. Он сказал: «Нам нужны свои заводы». И поставил задачу привести сюда крупные производства. Тогда начались истории, которые затем завершились запуском металлургического комбината, переездом ТНК-ВР, появлением «Сибура». Да, первые разговоры на эту тему состоялись именно в тот период. Но разговоров мало. Поэтому нельзя не упомянуть, что именно Якушев впоследствии довел все эти начинания до конкретного результата.

«Когда чиновник совершает ошибки, то они сказываются не на нем»

– Вернемся в 2005 год. Ваш уход в крупный бизнес стал для многих неожиданностью. Утомило бремя власти?

Когда Собянин перебрался в Москву, у меня возникла мысль, что с чиновничеством пора заканчивать. Наступал период чиновников другого типа, с другим характером.

– Вы на себе это ощутили?

– Ну конечно. Надо было сидеть ровно, слушать внимательно, не спорить. (Смеется.) А это уже как-то не по мне.

– В итоге ваш опыт пригодился в крупной нефтяной компании, где вы много лет проработали во главе одного из подразделений. Насколько отличается работа в руководстве региона и в корпорации?

– Видимо, Бог так повелел, что мне всегда везло на руководителей. Как и Филипенко с Собяниным, Герман Хан – менеджер очень высокого уровня, я бы сказал, выдающийся. Когда я пришел в ТНК-ВР, понял, что этот мир очень отличается от всего, что я делал до этого. По принятию решений, по самой «технологизации» процессов. Уже тогда ТНК-ВР была одной из самых передовых компаний в мире с точки зрения управления инвестиционными проектами, формирования бизнес-процессов, работы с кадрами, ресурсами и так далее.

Через год я в каком-то интервью признался, что если бы у меня раньше был этот год опыта за плечами, я бы в чиновниках действовал совершенно по-другому. Понял, насколько я, работая в правительстве, совершал порой действия бессмысленные или бесполезные, а то и вовсе неполезные, прежде всего для бизнеса, не понимая многих процессов. Моего предыдущего опыта работы в бизнесе для этого понимания было недостаточно. ТНК-ВР – это колоссальный опыт. Я уже говорил, что у Якушева подобный опыт до прихода в правительство был. А это очень сильно улучшает менеджерскую квалификацию.

Я сейчас иногда с грустью смотрю, как довольно молодые люди, приходя в чиновники, ведут себя так, будто они все знают. Это такие паркетные менеджеры, которые, тем не менее, пытаются навязывать свои взгляды и решения, не понимая всей глубины процессов, происходящих в экономике или в бизнесе. Поэтому, считаю, какая-то жизненная школа у руководителей высшего звена должна быть. Есть, конечно, уникальные люди, которые могут и в 30 лет эффективно управлять. Но таких немного.

Всегда надо помнить, что если ты совершаешь ошибки в бизнесе, то рискуешь своими деньгами. А когда чиновник совершает ошибки, то они сказываются не на нем, а на том секторе, за который он отвечает, будь то социалка, производство и так далее. И если туда приходит некомпетентный человек, то его промахи косвенно отражаются на качестве жизни населения. Поэтому уровень подготовки управленческих кадров должен быть очень высоким. Эти люди должны отдавать себе отчет, что результат их труда напрямую скажется на конкретном человеке, на его здоровье, на его детях, кошельке. Если этого понимания нет, если чиновник до этого никаких серьезных рисков в жизни не испытывал, ответственности не ощущал, не стоял на грани провалов, это может привести к серьезным последствиям.

– Давайте поговорим как раз о бизнесе. Вам приписывают участие в различных инвестиционных проектах. Чем вы, собственно, сейчас занимаетесь помимо депутатской работы?

– В наибольшей степени моя деятельность сегодня связана с консультированием. Я рассказываю о том, как вижу развитие того или иного бизнеса или направления. Наша компания ведет несколько проектов. Передаю знания, которые получил за годы работы в органах власти и ТНК-ВР. А депутатская деятельность – это почти то же самое. Ты свои возможности, знания и опыт направляешь на то, чтобы решить те или иные проблемы и задачи, которые перед тобой ставят избиратели.

К депутатам сложилось противоречивое отношение, некоторые считают их бесполезными. Можно по-разному относиться. Но я не приветствую обсуждения депутатских зарплат, тем более что сам я никогда денег за работу в думе не получал, хотя избирался в общей сложности шесть раз – в Югре и в Тюмени. Поэтому не готов оценить, насколько тяжела работа депутата на постоянной основе. Но в любом случае это не такой легкий хлеб. Даже когда ведешь прием избирателей, это всегда такая боль. Особенно когда ты осознаешь свою неспособность решить ту или иную проблему. Дело в том, что иногда люди сами загоняют себя в такие ситуации, что ты ничего сделать не можешь. И никто не может. Например, ты понимаешь, что нельзя выселять из квартиры семью с двумя несовершеннолетними детьми. Но, с другой стороны, думаешь: а когда они брали кредит под залог жилья, они не допускали, что такое может случиться? Спрашиваешь их об этом. Говорят: мы надеялись, что до этого не дойдет. Но с точки зрения законодательства ничего не сделать. Как ни крути, человек тоже должен брать на себя ответственность за свои действия.

А потом люди говорят: вот сидят там депутаты, ничего не делают. Я всегда говорю: пусть тот, кто так говорит, придет и скажет в лицо. Я ему предложу поехать вместе со мной на прием избирателей, в детский сад, в интернат для инвалидов, в гости к многодетной семье, которая живет вдевятером на 30 квадратных метрах. А потом поедем к нему, и пусть он мне расскажет, что он сделал для людей, сколько налогов заплатил, кого обеспечил работой, как помогает соседям, следит ли за своим домом. У меня такие разговоры случаются. И когда простые вопросы задаешь: а сам-то ты что сделал? Говорят: я плачу налоги! Предлагаю: давай посчитаем, сколько ты налогов заплатил. И оказывается, что гораздо меньше, чем государство на него потратило, пока он учился, лечился и так далее.

– И, тем не менее, тема доходов депутатов постоянно привлекает к себе внимание.

– В этом тоже надо разбираться. Например, задекларировал депутат доход в 200 миллионов за год. Но он, допустим, индивидуальный предприниматель, и у него на производстве задействовано 50 грузовиков. И из 200 миллионов выручки, которую он обязан показывать, 190 миллионов он мог потратить на содержание своего бизнеса: солярка, запчасти, зарплата сотрудников, налоги, закупки и прочее. Но этого никто не видит, а видят только цифру в декларации. Я вообще считаю, что если человек обсуждает чьи-то доходы, то он должен поступить честно. Написать соответствующее заявление: я такой-то, интересуюсь, откуда у депутата такого-то такие доходы. Людям всегда нужно что-то обсуждать. Есть ведь депутаты, у которых мизерные доходы. Особенно в кризис. В одном из регионов, я знаю, есть депутаты, в отношении которых сейчас применяется процедура банкротства. И потом, среди депутатов есть врачи, учителя, и каждый из них в силу своих возможностей и компетенций помогает людям, не имея больших доходов.

В конце концов, уровень депутатов напрямую сказывается на качестве законотворческой работы. Вот были бы в думе одни балбесы, не приняли бы закон о налоговых льготах. Это ведь вроде как сокращает доходы бюджета. Но мы же понимаем, что сейчас надо дать предприятиям возможность развиваться, чтобы потом они могли принести еще больше доходов в бюджет и пользы обществу.

Я не против того, чтобы люди высказывались, если они чем-то недовольны. Но считаю, что честно было бы прийти и сказать в лицо. А не оскорблять людей анонимно через Интернет.

«Я в жизни совершал поступки, вспоминать о которых мне не очень комфортно»

– Чем закончилась резонансная история с ДТП, в которое вы попали в Кемеровской области?

– Она в общем-то еще продолжается. Да, было происшествие. Мы ехали с отдыха в Шерегеше. Я был за рулем. Произошло столкновение. Самое главное, что никто серьезно не пострадал. Много писали неправды потом по этому поводу. Ну и так вышло, что владельцем другого автомобиля оказался человек, который любит писать в Интернете. Страховая компания выплатила компенсации. Он посчитал, что ему выплатили мало. Ну так для решения таких вопросов есть суд. Все решается в правовом поле. Из того, что потом писалось в Интернете, действительности соответствует процентов 30.

– Вы активно участвуете в жизни Русской православной церкви, за что награждены орденами. Каким был ваш путь к вере?

– Я думаю, каждый с возрастом к этому приходит. Честно, я не знаю людей старше 50 лет, которые бы не верили в Бога. Независимо от вероисповедания – мусульмане ли они, иудеи, буддисты и так далее. Вера приходит с годами и с накопленными грехами. Я в жизни совершал поступки, вспоминать о которых мне не очень комфортно. Поскольку история не терпит сослагательного наклонения, остается за эти поступки попросить прощения.

В силу противоречивости моего характера жизнь была наполнена разными событиями, решениями, поступками. Поэтому приход к вере был вполне осознанным. При этом я не ортодоксальный христианин. По возможности хожу церковь, не всегда получается соблюдать пост. Но прежде всего в религии нахожу для себя некое моральное и духовное удовлетворение… Сложный вопрос на самом деле. Казалось бы, что такого – ответить на вопрос: «Верите ли вы в Бога?». Да верю. А когда начинаешь вдумываться, то понимаешь, что объяснить этого не можешь.

Когда грехи давят, понимаешь, что должен этот груз снять. Покаяться, попросить прощения. Как-то так. Честно, до этого не особо задумывался… При этом важно осознавать, что то, что ты сделал, грешно. Есть ведь люди, которые искренне уверены, что ничего греховного не совершают. У меня был такой знакомый, который уверял: «Я ни одну из 10 заповедей не нарушаю». Я говорю: «Ты на людей ругался?». Он отвечает: «Ну а что, если они такие-сякие?» – «То есть не любишь ближнего своего? А завидовал кому-нибудь?». Ну и дальше можно много вопросов задавать. И сразу становится понятно, что так или иначе либо в мыслях, либо в делах, вольно или невольно каждый совершал поступки, за которые нормальному человеку должно быть стыдно. Ну а если не стыдно, значит, он к этому пониманию еще не пришел. Даже если нахамил, нагрубил кому-то. А ведь не всегда потом есть возможность попросить прощения у того человека, с которым ты плохо поступил. А иногда это не имеет отношения к конкретному человеку. Но ты чувствуешь, что нужно извиниться, а не знаешь, перед кем. Ну вот и идешь в церковь. Говоришь: «Господи, прости мне мои прегрешения…».

Я читал и Коран, и Тору, часто бывал в странах, где проповедуется буддизм, интересовался, бывал в местных храмах, общался со священнослужителями. И понимаю, что во всех признанных религиях ключевое содержание заключается в том, что ты должен прийти к некоему покаянию за совершенные тобой неблагопристойные поступки. А еще человек, который следует определенным религиозным принципам, на мой взгляд, и обществу более полезен. Потому что любая религия проповедует общие ценности: семья, человек, культура и так далее. Верующий человек будет помогать тем, кто в этом нуждается, в семье будет стремиться воспитать достойных детей. Это же такой пласт культуры, который мы недооцениваем. И сегодня, когда мы серьезно страдаем от бескультурья, мне кажется, религия может на себя взять эту роль. Сколько бы государство ни старалось, сколько бы денег на культуру ни тратило, это нужного эффекта не дает. Да и государственные ценности ведь тоже меняются время от времени. А в религии они непреложны.

– А что для вас семья?

– Еще один сложный вопрос. Это целый комплекс отношений. Это и дети, и братья, и родственники жены. И все это очень важно. В жизни мужчины вообще все должно быть сбалансировано. Настоящий мужчина должен уделять достаточное внимание трем составляющим: семья, друзья, работа. Между ними должен быть очень четкий баланс. Если начинаешь что-то одно ущемлять, возникает проблема. Углубился в работу – потеряешь либо семью, либо друзей. Проводишь слишком много времени с друзьями – останешься без семьи и работы. Для меня этот баланс всегда был очень важен. Но если возникала ситуация выбора, я всегда выбирал семью. Если менял работу, всегда думал, что это даст моей семье. Если собирался поехать куда-то с друзьями, сначала думал о том, ущемляет ли это интересы семьи, и если это было так, я оставался. То есть семья является ключевым фактором при принятии всех важных решений. И кроме того, мне нравится проводить время в семье, здесь я отдыхаю.

– О чем вы сегодня мечтаете? Или время мечтаний уже прошло?

Ну почему же? Я, например, хочу посетить несколько мест в мире, где я еще ни разу не был. Не буду называть конкретные точки на карте, а то вдруг не получится потом. Еще мечтаю женить сына, выдать замуж дочь, порадоваться внукам. Мечтаю о том, чтобы мне хватило здоровья для всего этого, чтобы Господь дал достаточно жизненных сил. Никто же из нас не знает, сколько нам отведено. Есть и такие мечты, очень близкие, которые в принципе легко реализуются. Без мечты жить нельзя. Каждый день я думаю о чем-то таком, что меня вдохновляет, заставляет куда-то стремиться. Как только это прекращается, человек начинает умирать.

– А чем гордитесь?

– Могу сказать, что мне не очень стыдно за те 50 с лишним лет, что я прожил. Это вызывает определенную гордость. Это, может быть, не совсем чувство гордости, но я радуюсь успехам своих детей, большим и маленьким. Горжусь тем, что живу в активно развивающемся регионе и что я в это развитие свою небольшую лепту внес. Горжусь некоторыми людьми, которых я знаю и которые добились большого успеха. Ну и еще у меня определенную гордость вызывает то, что я могу, честно глядя в глаза любому, оценить любой свой поступок. О чем-то могу сказать: «Да, я был неправ». Но главное, что могу честно говорить обо всем. Еще горжусь тем, что могу общаться с теми людьми, с кем хочу общаться, и не общаться с теми, с кем не хочу. Это определяет степень моей внутренней свободы.

Беседовал Есен Абилькенов

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен, чтобы быть в курсе новостей дня.

Читайте еще материалы по этой теме:

Места:

Нашли ошибку? выделите и нажмите Ctrl+Enter

Версия для печати:

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...
Погода, Новости, загрузка...