Легенды уральской политики. Беседа тринадцатая. Семен Спектор: «Я себе покоя не давал никогда». Продолжение

Во второй части интервью Семен Спектор рассказывает о работе в правительстве, знакомстве с Эдуардом Росселем и бесплатной медицине

Сегодняшний собеседник спецпроекта «УралПолит.Ru» «Легенды уральской политики» – Семен Спектор – врач, доктор медицинских наук, который создал самый большой в современной России областной клинический госпиталь ветеранов войн и возглавлял свердловский институт клеточных технологий, профессионал, который завершил операционную деятельность в 64 года. Ветеран Великой Отечественной войны, титан уральской политики, прошедший путь от советского районного депутата до заместителя председателя правительства Свердловской области, человек из команды первого губернатора Среднего Урала Эдуарда Росселя, сумевший во времена противостояния области и города выстроить плодотворные отношения с первым мэром Екатеринбурга Аркадием Чернецким. Первую часть интервью читайте здесь.

Часть 2. «Ко мне до сих пор идут за помощью»

«Мне говорят: «Спектор, иди успокой их»

– Начиная с 70-х годов вы на протяжении почти 30 лет становились сначала районным депутатом, потом областным. Насколько важна была для вас эта должность, что она давала вам, учитывая загруженность в госпитале?

– Политика порой отвлекала, но я успокаивал себя тем, что помогал людям. Ко мне до сих пор люди за помощью идут, хотя я уже никаких должностей не занимаю. В прошлом году 3000 (в день по 10 человек), в позапрошлом 4000 человек принял. Вот такой образ жизни я веду, благодарен партии за то, что она меня таким воспитала.

Могу сказать, что я был создателем и начальником первого оборонно-спортивного лагеря в нашей стране. Создал этот лагерь, потому что военком жаловался, что он по численности имеет достаточное количество пацанов призывного возраста, но не качественное по количеству призыва из-за приводов призывников в полицию. Я думал-думал-думал (будучи студентом мединститута) и придумал, что надо их перевоспитывать, и убедился, что сделал очень правильно. Четыре года был начальником, по 400 человек в этом лагере было. Помню, был такой Калинин, который имел 16 приводов в милицию и, конечно, военком его призвать не мог. Я с этим Калининым каждый вечер разговаривал после отбоя, по-человечески. Вот он мне рассказывает: когда к мамке приходит хахаль, она дает ему белый хлеб и колбасу твердого копчения, а сыну дает молочную колбасу и черный хлеб. Он этим все сказал. И я этого Калинина до того «воспитал», что военком его призвал, и я регулярно получал письма благодарности от его командира – вот что значит работать по-настоящему.

– Какие отличия в работе депутата в советское время и постсоветское можете назвать? Насколько для вас выборы отличались в советское время и в 90-е?

– В советское время быть депутатом настоящей гордостью было: человек – депутат района, вызывал уважение, а областной – вообще. Сегодня этот авторитет мне кажется меньше, хоть достается всем. Это очень непростая работа. Я был 23 года депутатом Верх-Исетского района: никаких отпусков, нуждающихся, к сожалению, меньше не становится – им надо помогать.

– Помимо этого вы еще и курировали соцблок в статусе вице-премьера областного правительства. Почему вы согласились на работу в исполнительной власти — это была осознанная необходимость, возможность что-то изменить, или предложение от которого нельзя отказаться?

– Это было предложение, от которого невозможно было отказаться, но я отказался. Что делает Россель? Он собирает в актовом зале госпиталя всех заведующих отделений, всех старших медицинских сестер, приходит председатель правительства Воробьев, приходит сам Россель – говорит моим сотрудникам: есть такая жизненная необходимость, чтоб ваш Семен работал заместителем председателя правительства. Ну вот Семен отказывается. Я не мог бросить госпиталь. Люди согласились с доводами Росселя, но не хотели, чтобы я бросил госпиталь. В итоге я остался на должности начальника госпиталя и в то же время был замом председателя правительства на протяжении 8,5 лет. Никаких выходных, рабочий день заканчивается в 10-11 вечера. В среднем статистика показала, что (я уже говорил про операции) 115 налетов в год, еще 986 тыс. км в области проехал на государственной машине, а сколько – за рулем. У меня совесть чиста перед каждым гражданином Свердловской области, и я им благодарен за то, как они ко мне относились и за оценку моей деятельности.

И что, что мне обидно? Обидно, когда ревизоры приходили и проверяли в 2014 году, не верили, что я зарплаты не получал. Я ни рубля не получал. У меня совесть чиста! Так что черви получат нормальное питание от меня.

Могу рассказать такую вещь: гардеробщики и вахтеры Белого дома, когда я был зампредседателя правительства, признались, что никогда вестибюли приемных так не были заполнены людьми, как были заполнены ежедневно в приемной Спектора. Тысячи людей в год принимал. Были случаи, когда по 800 человек собиралось перед Белым домом. Мне говорят: «Спектор, иди успокой их». И Спектор идет и успокаивает. И что еще важно для руководителя, с моей точки зрения, – не обманывать людей – и я этого себе не позволял. Бог мне помог в этом. И вот сейчас 82 год идет, и я всем смотрю в глаза не отводя взгляда. Области плохое не делал, рубля не своровал. Девятый год ни рубля в госпитале не получил, – а прихожу.

– Насколько тяжелой ситуация была, какие самые важные вещи удалось сделать?

– Были времена, когда по четыре месяца людям не выдавали зарплаты, пришлось так тяжело, я этого никогда не забуду, люди действительно вынуждены были голодать. Я звонил директору и просил покормить людей за счет завода. Сейчас можно подумать: это были мелочи, – нет. Это были серьезные случаи, у людей не было денег, и на медикаменты не было, сколько мог помогал, но мы это пережили. Я каждому гражданину области желаю, чтобы такого больше не было. Сейчас могу сказать, что мы не плохо это пережили, благодаря Эдуарду Росселю, это был настоящий руководитель. И Алексею Воробьеву, настоящий председатель правительства, честнейший человек, умный грамотный.

«Россель услышал мой длинный язык»

– Как вы познакомились с Эдуардом Росселем, как складывались ваши отношения?

– Я меня длинный язык. Он меня слышал раз, потом в другом месте послушал. Так и узнал. Он и сейчас ко мне очень уважительно относится, и я – к нему.

– Общаетесь сейчас?

– Да. Мне удалось поработать на таких серьезных должностях, и у меня врагов не осталось

– А были враги, когда работали?

– Я бы сказал, что нет. Единственное что было, я был и остаюсь матершинником, невзирая на личности. Я позволил ректора института послать по самому короткому пути на три буквы, потому что он обидел доцента кафедры, инвалида войны. Я не знал еще, что буду работать в госпитале, а я в армию пришел коммунистом, в институт пришел коммунистом. У нас главным по наведению порядка был полковник Шпетный, начальник военной кафедры, которого все боялись. Я даже помню лестничку с переходом, на котором я его послал по короткому пути. Вот так было. В райкоме комсомола работал, помню, еду на «Москвиче» в районе Плотинки, не дождь идет, а ливень, шагает под этим ливнем мужик в костюме, я шоферу говорю остановиться, выбегаю, смотрю, а это он, полковник. Стоит. Боится, у меня такой вид, видимо, он подумал, что я его отлупить хочу. Мне пришлось его скрутить, шофер открыл дверь, я его туда закинул и отвезли его. У нас здесь на Урале хорошие люди, достойные уважения.

– Работа касалась в больше степени области или в Екатеринбурге тоже – как складывались отношения с Аркадием Чернецким и городской командой?

– Отличные отношения. Я, на всякий случай, напомню: я почетный гражданин Екатеринбурга, Свердловской области.

«Екатеринбургу везло с первыми лицами»

– Вы видели Свердловск почти 50 лет назад, в 90-е, сейчас – вам нравится, как изменился город, как вы оцените работу мэрии, учитывая, что в свое время сами баллотировались на пост главы?

– Смотрите на город добрыми глазами. Элементарную вещь скажу: из машины выходишь, ни одного окурка на улице нет, а 10 лет назад были. Мы с вами можем быть свидетелями того, что в городе есть места, которые даже моются. Если руководитель города любит чистоту, в городе чисто – смотрим, действительно. Все зависит от первого лица, и нам везет, что у города удачные первые лица. Навели порядок. Уважают город наши руководители, я их благодарю за их работу, клянусь.

– Чернецкий был, что называется, сильным мэром. Нужен ли Екатеринбургу сильный мэр, или двуглавая система оправдывает себя?

– Город может и двумя людьми управляться. Здесь искусством является удачный подбор этих двух лиц, чтоб один под другого не копал. У нас такого нет. Тут еще ведь один грех тут совершен. Как фамилия руководителя города – Ройзман. Как позволили такое сделать? А ведь сделали и, думаю, не пожалели. Во Львовской области в жизни бы никогда такого не сделали. Еще раз говорю: здесь замечательные люди, я нашел свое счастье в этом городе

– С Евгением Ройзманом общаетесь?

С Ройзманом общаюсь не часто, но взаимопонимание мы имеем. Он относится ко мне хорошо, не только по национальному признаку, по-человечески.

«Путина бы сделал президентом бессрочно»

– Насколько знаю, вы в свое время вы принимали активное участие в губернаторских избирательных кампаниях Росселя. Сейчас после долгого перерыва губернаторов по сути назначают – побеждает тот, кого рекомендует президент. Считаете, ли вы, что выборам сейчас не хватает конкурентности?

– Я считаю, что у нас удачный в регионе глава. Быть руководителем и не возноситься – это наш губернатор может. Я его за это ценю. Следующее, с ним можно поговорить откровенно. Это имеет колоссальное значение для первого лица. Пусть вам не кажется, что все хорошо, нет – бывают сложнейшие ситуации, и он внимательно выслушивает и по мере своей компетенции ведет себя.

– Владимир Путин объявил о том, что пойдет на очередной срок – в прошлый раз вы принимали участие в общественном штабе поддержки – будете ли в этот раз продолжать традицию?

– Готовность есть. Я считаю, что этот человек достоин быть на этой должности. Предложат – буду рад стараться.

– Вообще, вокруг этого много споров в обществе, как вы считаете – четвертый срок — не слишком ли это много?

– Если б я имел власть, по отношению к Путину назвал бы эту должность бессрочной. Вы можете что хотите думать, сложнейшее государство, огромное государство, и он как первое лицо ведет себя довольно достойно и честно. Он заслуживает того, чтобы избиратель за него голосовал.

Владимир Владимирович меня знает. Он сказал, «когда бываю в Свердловской области, я спрашиваю, кто такой Спектор – мне отвечают, «а кто у нас его не знает». Я считаю, он достоин быть первым лицом страны. Он не выкобенивается, имея такую огромную власть. Он остается человеком. Это имеет колоссальное значение. Я ему благодарен еще за то, что удерживает страну от развала.

– Завершая про политику – общаетесь ли со своими коллегами и оппонентами по политической работе сейчас, ну и с губернатором, есть ли у вас друзья среди политиков?

– По мере возможности и надобности звонят. Общаемся, я в жизни никого не обманул.

«Бесплатная медицина – это еще и хороший институт воспитания человека»

– Медицина – одна из наиболее болезненных тем в обществе. Первый вопрос о лекарственном обеспечении. После введения санкций против России, резко выросли цены на импортные лекарства – неужели мы не можем производить качественные лекарства сами, насколько это серьезная проблема в целом?

– Я считаю, что реализаторы лекарственных средств отдалились от основ медицины и приблизились больше к основам спекуляции. Я бы назвал обеспечение медикаментами тоже святой профессией и требовал бы тогда святости от каждого, кто к этому причастен. Они очень преданы деньгам и меньше – человеку.

Безусловно, мы можем в нашей стране наладить производство лекарств. У нас умные люди. Россия – чудесная страна, я вам в этом клянусь, несмотря на то, что по национальности я не русский. По гражданству я – русский.

– Есть мнение, что реформа в здравоохранении не была успешной, в медицине есть серьезные системные проблемы. Как бы вы их охарактеризовали, и видите ли пути исправления ситуации? Коммерциализация медицины – в ней больше плюсов или минусов?

– Я не являюсь большим сторонником коммерциализации медицинских услуг. Бесплатная медицина – это еще и хороший институт воспитания человека. Счастье России в людях, я вам в этом клянусь.

– Приходят ли к вам молодые медики на работу – как оцените уровень, качество подготовки выпускников медакадемий сейчас?

– Со студентами надо работать. Я учился в мединституте четыре года, был заместителем секретаря комитета комсомола и занимался воспитанием каждого студента. Потом меня от компартии послали воспитывать молодежь в колледже, еще там два года я трудился. Сейчас разве есть такая воспитательная работа? Я могу снова тебе сказать, что у нас замечательные люди. Закончу тем, надо считать это главным вопросом к начальнику медакадемии. Это люди особой профессии, которые обязаны быть людьми особой воспитанности. Это не легко, это не то, что в этом семестре есть такая работа, а в следующем нет. Это должно быть практически круглосуточно. Если мы не сделаем для себя выводов, – мы будем мучиться.

– Весной был взят под стражу бывший министр здравоохранения Аркадий Белявский. Потом информация была опровергнута. Вы как никто другой знаете про действия этого чиновника, есть ли за что его задерживать и в чем его можно обвинить?

– Я считаю, что сегодня нет проблем в здравоохранении. Все мы взрослеем, нет дыма без огня. История с Белявским послужила колоссальным уроком для остальных. Думаю, что все верные выводы из этого сделаны. При сегодняшней нашей демократии не легче чем было, а тяжелее.

– С декабря 2005 по 2010 год вы были директором института клеточных технологий. Это государственное учреждение здравоохранения объединяет ученых-нейрофизиологов, которые ведут научные и клинические испытания в области медицинского использования стволовых клеток. Насколько силен потенциал этой отрасли для развития, есть ли у нас специалисты? Насколько своевременно меняется оборудование?

– Я считаю, если выбирать это направление развития в медицине – точно не ошибемся. Мы не последние. Наши ребята-медики стараются. Надо больше возможностей давать. Я считаю тот институт, который мы создали на Урале, это было сделано правильно.

– Вы довольны тем, как сегодня работает госпиталь и подразделения, которые созданы при вашем непосредственном участии?

– Лучше всегда можно. И сейчас можно бы лучше, если бы была финансовая возможность. Я считаю, что начальник старается, но не все может. Это дорогая организация.

– Больница полностью бюджетная или предоставляются платные услуги?

– Я тебе говорить этого не буду. Я никогда платно не пускал.

– Вы оперировали в 64 года? Почему вы продолжали делать сложнейшие операции до такого возраста, ведь многие врачи с переходом на административные и руководящие должности перестают практиковать? Не страшно было, что рука уже не та и может дрогнуть в неподходящий момент?

– Я сделал больше 11 тысяч операций. Со страхом на операцию идти нельзя. Надо идти с уверенностью, что ты прав в диагнозе, прав в методике – вот это мои движущие аргументы. Главная мысль, что ты должен этого конкретного больного спасти. Я знал, что я должен сделать операцию таким-то образом и должно получиться так, как я запланировал.

«Каждый человек, который живет в Свердловской области, он счастлив»

– Несколько личных вопросов. Чем вы гордитесь в своей жизни больше всего?

– Горжусь тем, что меня правильно воспитал комсомол, правильно воспитала партия, горжусь тем, что мне это помогло не попасть в зависимость от денег. Никогда за всю жизнь рубля не своровал. Я чист перед больными (не брал никогда), чист перед государством и чист перед своей совестью. Я туда ухожу с чистой совестью. Никого не обманул.

– Самые уважаемые вами политики, сталкивались ли с такими, кого не уважаете сейчас?

– Эдуард Россель, Аркадий Чернецкий – очень уважаемые мною политики . Председатель правительства Алексей Воробьев, после меня замом был неплохим Владимир Власов. Самое главное – все они были честными людьми. Сегодня тяжело быть честным.

– Урал для вас не родной, но вы здесь прожили многие десятилетия – есть ли у уральцев, свердловчан то, что выделяет их от уроженцев других регионов – уральский характер, уральский менталитет?

– Во-первых, завидная любовь к Родине, во-вторых, элементарная воспитанность, в-третьих, человечность и преданность друг другу. В-четвертых, умение работать и приносить пользу государству и себе. В-пятых, миролюбие и поддержание мира.

– Остались ли нереализованные мечты?

– Считаю, что я должен быть благодарен людям и богу, что сумели так воспитать, чтобы я мог помогать людям, никого не обманул, не обворовал и я горжусь тем, что всю свою жизнь я посвятил деланью добра людям.

– Что для вас семья, расскажите немного о своей семье?

– Вырастил двух благополучных девочек – одна врач, другая экономист, имею трех внуков и очень счастлив.

– Небольшое пожелание уральцам?

– Сегодня значительно больше людей, чем так скажем 30-40 лет назад, имеют высшее образование, но нельзя забывать, что есть такая святая отрасль – как здравоохранение. Представители этой отрасли должны быть на особом положении. Это бы служило еще большим гарантом тому, чтобы врач, медсестра, санитар …Ей Богу, чтобы кому-то продлить жизнь, мы свою жизнь укорачиваем. Честное слово! Я считаю, все должны осознавать, что здравоохранение – это отличающаяся от других отрасль. Я не зазнался, не думайте. А матершиником буду и дальше.

Новости партнеров

Загрузка...
Погода, Новости, загрузка...