«Я научилась слышать дроны»: жительница Екатеринбурга поделилась опытом жизни и работы в Донецке

ЕКАТЕРИНБУРГ, 15 сентября, УралПолит.Ru. Минувшим летом жительница Екатеринбурга Светлана месяц провела в Донецке, где работала волонтером в известном приюте «Кошкин дом». Она рассказала журналистам, как живет город во время специальной военной операции, чем он отличается от уральской столицы и с какими трудностями сталкиваются местные активисты. Подробности – в материале УралПолит.Ru.

Работа приюта «Кошкин дом»

«Кошкин дом» – один из наиболее известных кошачьих приютов в России. Его сотрудники спасают и вывозят животных с освобожденных территорий Донбасса. Центр помощи животным даже посещал первый замглавы администрации президента Сергей Кириенко.

В Донецке до сих пор живет кот Маркиз – его в шутку называют основателем «Кошкина дома». В 2022 году учредительница приюта Евгения Михайлова забрала его из Мариуполя после рассказа беженцев о брошенном животном. В том же году «Кошкин дом» приобрел в Донецке трехэтажную гостиницу. Светлану, давно помогающую животным и следящую за зоозащитными каналами, заинтересовали не только истории спасения, но и планы по развитию приюта.

«Евгения считает, что на одних эмоциях и голом энтузиазме далеко не уедешь, у благотворительности и зооволонтерства должно быть серьезное материальное основание, организация, план работы. В отличие от тех приютов, которые постоянно в долгах, здесь принято сперва собирать необходимую сумму, а потом реализовывать задуманное», – объяснила «ФедералПресс» екатеринбурженка.

Через пару лет Светлане удалось лично пообщаться с Евгенией, когда та приезжала в столицу Урала пристраивать кошек. Но лишь в этом году жительница Екатеринбурга смогла освободить время и приехать в ДНР.

Волонтерская жизнь в Донецке

«Я приехала отдыхать от уральского климата и личных проблем, поставить мозги на место», – рассказала Светлана.

В бывшей гостинице работает полноценный центр помощи кошкам. Гостям обычно показывают комнату с игровыми комплексами, где живут социализированные животные. Перед этим спасенных кошек осматривают, обрабатывают от паразитов и лечат в местной ветклинике, а затем постепенно приучают к людям. Для животных с лейкозом и иммунодефицитом предусмотрены отдельные помещения. За кошками ухаживают штатные сотрудники – ветфельдшеры и «котоняни».

«Волонтеры сегодня есть, завтра их нет, а кормить кошек и убирать за ними нужно всегда», – отмечает Светлана.

В приюте всегда есть работа для волонтеров. Одна из них профессионально фотографировала кошек для объявлений, а Светлана сначала промывала животным глаза. В «Кошкином доме» постоянно находятся 180-200 кошек, поэтому сотрудники не успевают заниматься всем самостоятельно. Позже выяснилось, что Светлана также умеет делать мелкий ремонт, работать с инструментами и собирать мебель.

«Я после поездки осознала, насколько важны в зоозащите человеческие ресурсы. Деньгами сыт не будешь без физического участия, без вложенной работы – кто-то должен приехать и сделать. Купленная мебель сама себя не соберет, подключить автоматический лоток, разобрать присланную гуманитарку и заказы с маркетплейса – это все время, которого у основных сотрудников просто нет», – пояснила Светлана.

Жизнь в Донецке

По словам екатеринбурженки, Донецк – это не город контрастов, а скорее город внезапностей.

«Идешь по частному сектору, а там вдруг девятиэтажка. Идешь по современным улицам, а там старинный полуразрушенный дом, как на пейзаже. Проезжает джип с пулеметом, а за ним кабриолет», – рассказала Светлана.

Жизнь в городе осложняют перебои с водоснабжением и электричеством. После 2022 года воду подают лишь на несколько часов в день, а жители в основном пользуются привозной. Электричество также отключают, поэтому многие частные дома оборудованы генераторами.

«Я научилась слышать дроны, отличать их от обычной техники. Говорят, что звук, как у бензопилы или бензокосы. На самом деле он ровнее, напоминает жужжание механического насекомого, а то и электросамоката. Но в Екатеринбургеэто знание бесполезно, при нашем уровне зашумленности сложно услышать что-то тише вертолета», – говорит Светлана.

К дронам жители Донецка уже привыкли, но артобстрелы по-прежнему остаются главной угрозой: после них на улицах видны следы разрушений.

Еще одна проблема города – нехватка специалистов. Из-за дефицита кадров выросли цены на услуги. Так, за ремонт засорившейся трубы в «Кошкином доме» сантехник попросил 20 тысяч рублей.

«В Донецке все делается медленнее, чем здесь, там другой ритм жизни. Я научилась ценить не деньги и время, а человеческий ресурс. Деньги можно достать, а вот людей не хватает критично. В Екатеринбурге мало просто хорошо выполнять свою работу, надо выполнять ее еще непременно быстро и лучше других десяти людей, которые занимаются тем же. Этой постоянной гонки и конкурсов не замечаешь, пока не окажешься там, где их нет», – объяснила Светлана.

По ее словам, в Донецке от людей не ждут идеальной эффективности и мгновенных результатов. Как заключила Светлана, если Екатеринбург напоминает спринт, то Донецк – марафон: здесь привыкли работать спокойно и беречь силы на долгую дистанцию.