​«Дело может дойти до Верховного суда». Челябинская фирма и структура «Роскосмоса» не могут поделить десятки миллионов

Деньги Фото: Полина Зиновьева

Конфликт между челябинским поставщиком оборудования и одной из крупнейших структур ГК «Роскосмос» – пермским производителем отраслевого оборудования ПАО «Протон-ПМ» – вылился в длительные судебные разбирательства. Стороны так и не смогли прийти к согласованию деталей поставки техники по заключенному еще в конце 2016 года госконтракту на сумму свыше 70 миллионов рублей. «Протон-ПМ», выступая в качестве заказчика, фактически отказался оплачивать оборудование, из-за чего контрагенты были вынуждены обратиться в суд после безуспешных попыток решить вопросы мирным путем. Тяжбы прошли уже несколько инстанций, сопровождаясь взаимными претензиями, и, не исключено, дойдут до кассации и Верховного суда. О попытках челябинской компании добиться оплаты от госкорпорации – в материале УралПолит.Ru.

Семнадцатый арбитражный суд принял решение по апелляционной жалобе ПАО «Протон-Пермские моторы» по спору с челябинским ЗАО «Региональный инжиниринговый центр аддитивных и лазерных технологий» (РИЦ АИЛТ). Ранее стороны уже участвовали в резонансном процессе в Арбитражном суде Пермского края, о чем подробно писал УралПолит.Ru.

Напомним, южноуральская компания обязалась поставить структуре «Роскосмоса» специальное оборудование – пятиосевые установки для дробеструйной и фрезерной обработки и резки общей стоимостью 71,1 млн рублей.

Согласно условиям госсоглашения, заказчик должен был оплатить 90% суммы контракта в течение 15 дней после поставки товара на площадки пермского предприятия и подписания товарной накладной, а оставшиеся 10% после монтажа и запуска оборудования. Тем не менее, споры между участниками договора возникли еще на стадии доставки, когда представители «Протон-ПМ» заявили, по словам главы ЗАО «РИЦ АИЛТ» Юрия Узких, что «не примут его без маркировки и конструкторской документации».

В ответ поставщики проинформировали, что никаких договоренностей об этом в подписанном сторонами контракте не было, а сама конструкторская документация необходима для изготовления комплексов, а не для их поставки и монтажа. Что важно, оба они были приняты «Протоном-ПМ» без замечаний и об этом свидетельствуют официальные документы. Из-за возникшего конфликта товар был доставлен на площадку заказчика только в конце 2017 года, при этом челябинская компания получила от пермяков только 43,5 млн рублей из положенных 64, так как те «якобы усомнились в комплектности и исправности поставленного оборудования».

Кроме того, выяснилось, что заказчик, по всей видимости, не учел физические габариты собственной площадки. После доставки установок обнаружилось, что один из комплексов в них попросту не вписывается, что привело к очередным спорам, проволочкам и необходимости внесения изменений в техзадание.

В итоге в июле 2019 года один из комплексов был все же сдан и запущен в работу, но остаток оплаты исполнитель так и не получил. В конце того же года челябинцы приостановили работы по запуску второго комплекса и направили в адрес партнеров уведомление об отказе от дальнейшего исполнения работ до момента расчетов по госконтракту. Переговоры результатов не принесли, и в июле 2020 года ЗАО «РИЦ АИЛТ» обратилось в суд. «Протон-ПМ», в свою очередь, направил обращение в ФАС с требованием внести южноуральскую фирму в реестр недобросовестных поставщиков. Однако доводы подразделения «Роскосмоса» антимонопольщики не признали.

«Доказательства свидетельствуют о том, что обществом (ЗАО «РИЦ АИЛТ») предпринимались меры для надлежащего исполнения контракта <…> Комиссия пришла к выводу о том, что обществом не были совершены действия, которые могли бы свидетельствовать о недобросовестности поставщика <…> оснований для включения сведений об обществе в реестр недобросовестных поставщиков не усматривается», – следует из решения антимонопольного органа.

Кроме того, «Протон-ПМ» направил в суд встречный иск к поставщикам, указав, что по его версии, требования к срокам поставки и комплектности оборудования не были выполнены. Отказавшись, как и челябинцы, от исполнения соглашения в одностороннем порядке, структура «Роскосмоса» потребовала взыскать с оппонентов 114 млн рублей в виде санкций.

Итогом спора стало решение, принятое Арбитражным судом Пермского края в апреле текущего года. Хотя инстанция частично удовлетворила требования заказчика, в целом оно оказалось не в пользу пермского предприятия. Суд постановил взыскать с ПАО «Протон-Пермские моторы» в пользу ЗАО «РИЦ АИЛТ» 24,7 млн рублей основного долга, а также 76 тыс. рублей неустойки с продолжением ее начисления с 09 апреля 2021 года, исходя из 1/300 ставки ЦБ РФ на сумму долга по дату оплаты задолженности.

«Оценив доводы сторон, суд пришел к выводу о том, что комплекты оборудования для дробеструйной обработки и для фрезерной обработки и резки приняты заказчиком по количеству и комплектности без замечаний, что подтверждается товарными накладными № 9 от 21.11.2017 года и № 15 от 25.12.2017 года. Обязательства поставщика по контракту в части установки для дробеструйной обработки исполнены надлежащим образом 8 июля 2019 года. Рекламационных актов при приемке оборудования не составлялось. Иного суду не доказано», – следует из мотивировочной части решения арбитража.

Также стоить отметить, что в документах говорится об уникальности комплексов, поставленных предприятию «Роскосмоса». По всей видимости, заказчик не учел требования его совместимости с уже имеющимся.

«Из пояснений представителя поставщика следует, что заказанный ПАО «Протон-ПМ» комплекс оборудования по своим характеристикам является уникальным продуктом с нестандартными задачами, решение которых во многом зависело от «местных» условий. Так, в части операций по лазерной резке, комплекс должен был «стыковаться» с уже имевшимся у заказчика лазерным источником. То есть, компоновка оборудования, его общая сборка могла быть осуществлена только по месту его применения заказчиком. Несоответствие каких-либо составляющих комплекта поставленного оборудования техзаданию не свидетельствует о невозможности их использования», - отметил суд.

Кроме того, было отмечено, что предъявленная неустойка явно несоразмерна нарушению сроков поставки, и в разы превышает сумму задолженности за исполнение заказчиком контракта по оплате установки. В итоге она была снижена до 5,5 млн рублей.

Еще одним спорным вопросом, отраженным в материалах суда, стали заявления «Протона-ПМ» о якобы некомплектном оборудовании. Выяснилось, что для оценок привлекалось АНО «Союзэкспертиза-Пермь». При этом сами сотрудники организации отмечали, что для 44 параметров необходимо проведение экспертизы. Суд же напомнил, что оборудование было принято заказчиком без каких-либо замечаний. К доводам предприятия «Роскосмоса» арбитраж отнесся критически.

«Имеются обоснованные сомнения в идентичности состояния оборудования, представленного экспертам в январе 2020 года, его состоянию на момент поставки в 2017 году. С момента поставки оборудования прошло 2,5 года. Оборудование находилось на территории заказчика, и только он имел к нему доступ в силу режимности территории промплощадки. Судя по фото, прилагаемым к заключению, условия хранения не ограничивали доступ к оборудованию. Поэтому отсутствуют основания для утверждения о том, что исследуемое оборудование представлено для экспертизы в состоянии неизменном по сравнению с моментом его приемки заказчиком», – констатировал суд.

Решение первой инстанции «Протон-Пермские моторы» оспорил в Семнадцатом арбитражном апелляционном суде. Однако он оставил в силе предыдущее решение, а жалобу без удовлетворения. В текущий момент пермскому предприятию начисляется неустойка. Юристы, внимательно следящие за ходом резонансного процесса, между тем предполагают, что на этом точка в конфликте поставлена не будет, а структура «Роскосмоса» пойдет в кассацию.

Кроме того, эксперты подчеркивают, что подобные ситуации нередко возникают из-за пробелов в законодательстве, позволяющих заказчикам злоупотреблять своими правами.

«В рамках договорных отношений по госконтрактам ответственность со стороны исполнителя установлена, а в отношении заказчика вилка исполнения обязательств на законодательном уровне не регламентирована. Злоупотребляя своим правом, заказчик может затягивать сроки исполнения своих обязательств, делая реализацию проекта для второй стороны убыточной. Мы проводили круглый стол и на основании этой проблемы сформулировали предложения в адрес правительства: рассмотреть возможность законодательно закрепить норму об ответственности заказчика за просрочку исполнения обязательств», – говорит помощник зампреда комитета Госдумы по контролю и регламенту Елена Фасахова.

О стремлении заказчиков максимально сократить выплаты поставщикам в сфере госзакупок рассуждает и ведущий специалист юридической фирмы Intellect Дарья Скудная. По ее словам, всевозможные манипуляции совершаются со стороны заказчиков чаще всего уже в процессе исполнения контракта. К примеру, техзадание формируется с завышенными объемами с целью последующего предъявления требования о взыскании начисленной подрядчику неустойки и штрафов фактически за невыполнение им работ, хоть и предусмотренных контрактами, но необходимость в которых отсутствовала. В этом же ряду и формирования технического задания и условий соглашения таким образом, что при исполнении подрядчик вынужден выполнять работы, не предусмотренные контрактом, однако без них исполнение контракта в целом невозможно.

«Ситуация относится как раз к такому случаю, когда техзадание сформировано заказчиком некорректно либо содержит пороки в описании характеристик поставляемого оборудования. После выяснения обстоятельств, заказчик, как правило, пытается переложить зону ответственности на поставщика. Он предъявляет к поставщику требования, не предусмотренные контрактом и конкурсной документацией. Пользуясь своим положением, фактически понуждает поставщика отступить от техздания под обещания после этого принять товар, но принятие заказчиком оборудования свидетельствует о его потребительской ценности для него», – полагает юрист.

С мнением коллег согласна и ведущий юрист консалтинговой компании «Лигал Эксперт» Елена Смирнова. Из-за действий заказчиков подрядчики вынуждены нести дополнительные расходы, в ряде случаев способные фактически разрушить бизнес.

«Заказчики понимают, что поставщик обременен кредитами, возможно, связан с параллельными контрактами. Исполнитель вынужден доделывать работу, учитывая все требования капризного заказчика. Отсюда просрочки исполнения основного обязательства, а значит и штрафы. При этом, осознавая подконтрольность своих действий по расходованию бюджетных средств со стороны государства, в официальной переписке заказчик не отражает никаких текущих договоренностей по фактическому ходу исполнения контракта, на заключение допсоглашений не идет. Это существенно осложняет защиту интересов исполнителей в суде в рамках госконтрактов», – констатирует Елена Смирнова.

УралПолит.Ru будет следить за ходом резонансного судебного спора.

Автор: Александр Филиппов


Вы можете поделиться новостью в соцсетях или обсудить в комментариях →
Добавьте УралПолит.ру в мои источники, чтобы быть в курсе новостей дня.