Энциклопедия

СИБУР

Информация о компании

В сентябре 2020 года Владимир Путин планирует посетить тобольские предприятия «Сибура». Это уже второй визит главы. В 2013 году он был на открытии завода «Тобольск-полимер». В этот раз президента хотят познакомить с производством, а позже провести совещание по развитию нефтегазовой отрасли. Примечательно, что инициатором приглашения стала сама компания. В Тобольске завод «ЗапСибНефтехим», который является нефтехимическим комбинатом «Сибура», уже запустил новое производство по изготовлению полиэтилена и смежных материалов. О том, что из себя представляет компания «Сибур» и ее становлении – в еженедельной рубрике УралПолит.Ru «Компания недели».

Сегодня «Сибур» –крупнейшая нефтехимическая компания в России. Компания занимается тем, что перерабатывает углеводороды. Особенность деятельности заключается в том, что нефтехимические предприятия, главным образом, обеспечиваются сырьем собственного производства, получаемого на основе побочных продуктов добычи углеводородов, приобретаемых у нефтегазовых компаний.

История компании корнями уходит в 90-е годы прошлого века. Годом основания можно считать 1995, когда постановлением Правительства России было создано ОАО «Сибирско-Уральская нефтегазохимическая компания». Государственную регистрацию компания получила в июле того же года. Первоначально в ее состав вошли газоперерабатывающие заводы и инфраструктура «Сибнефтегазпереработки», Пермского газоперерабатывающего завода и проектного института «НИПИгазпереработка». Однако, уже спустя три года – в 1998 году – компания была приватизирована, а крупнейшим акционером холдинга стал «Газпром». Реальный же контроль над производственно-экономической деятельностью перешел к «Газонефтехимической компании» Якова Голдовского (российский предприниматель, ныне – совладелец австрийской компании «Petrochemical Holding», прим.ред.). Спустя год Голдовский становится генеральным директором «Сибура», после чего вплоть до 2000-х компания включила в свой состав значительную часть нефтехимических активов России и стала крупнейшим нефтехимическим холдингом страны.

Любопытно, что Голдовский в интервью «Ведомостям» вспоминал, что в 1996 году у одного из друзей познакомился с Анатолием Лукашовым (бывшим зампредседателя Госплана СССР, который строил и курировал всю нефтехимию СССР, прим.ред.) и от него узнал, что «по сути, из ничего, а точнее, из отходов процесса нефтедобычи можно получать ценнейшие продукты». Тогда же Голдовский якобы и загорелся идеей организовать свое нефтехимическое производство.

Впрочем, по данным издания Forbes, бывший мэр Москвы Юрий Лужков, тесно общавшийся в те годы с Лучанским и с Голдовским, говорит, что из разговоров, на отдыхе можно было понять, что Лучанский имел довольно серьезное отношение к «Сибуру».

Отдельно стоит отметить, что объединение нефтехимических предприятий шло несколько лет и каждое присоединение наблюдатели описывают как итог практически настоящих боевых действий. В те годы СМИ подробно описывали конфликты из-за нефтехимических активов на местах, иногда они заканчивались кровопролитием.

В 2000 году 51% «Сибура» был у «Газпрома», а 20% акций — во владении компании «Бонус-Инвест», о которой ничего не было известно, кроме имен номинальных владельцев. Источники Forbes утверждают, что ее руководитель Яков Лагуткин был доверенным лицом Лучанского, а соучредители Ольга Вареник и Игорь Ткачук работали у Голдовского.

По данным из открытых источников, в конце 2001 года руководство компании во главе с Голдовским предприняло попытку размывания доли «Газпрома» в уставном капитале через проведение дополнительной эмиссии обыкновенных акций, а ранее пыталось вывести нефтехимические активы «Сибура» из-под юридического контроля компании. В ответ на это «Газпром» спустя год инициировал процедуру банкротства компании. Процесс переговоров с кредиторами продолжался около полугода и завершился подписанием мирового соглашения.

Отметим также, что в это же время в отставку ушел руководитель «Газпрома» Рем Вяхирев. «Газпром» возглавил Алексей Миллер, который был знаком с Владимиром Путиным еще по работе в мэрии Санкт-Петербурга. По информации Forbes, со ссылкой на бывшего федерального чиновника, Путин был возмущен ситуацией с продажей месторождений и заводов «Газпрома» третьим лицам и поручил Миллеру разобраться. Публично Путин заявил об этом в ноябре 2001 года, когда приехал в Новый Уренгой на совещание по вопросам развития газовой отрасли.

«Голдовский просто не понял, что произошло. Он продолжал заниматься «Сибуром», когда новое руководство «Газпрома» решило заняться им», – цитирует издание собеседника.

В январе 2002 года прямо в приемной Миллера Голдовский был задержан, его обвинили в выводе активов. В этот же день задержали зампреда правления «Газпрома» Вячеслава Шеремета, курировавшего данное направление, а также вице-президента «Сибура» Евгения Кощица. После этих задержаний другой зампредправления «Газпрома» Александр Пушкин, также курировавший взаимодействие с «Сибуром», по информации источника издания, «со всей семьей сел в частный самолет и вылетел в неизвестном направлении, и больше его никто не видел».

Отметим, что после передачи акций «Сибура» «Газпрому» Голдовский был освобожден, некоторое время жил в Австрии, а позже вернулся в российский нефтехимический бизнес.

Любопытно, как этот период описан на официальном сайте «Сибура»: «В 1998–1999 годах компания приобрела более 60 нефтехимических и смежных активов, многие из которых требовали финансовой санации. На фоне спада в глобальной нефтехимической отрасли это привело к росту долговой нагрузки при отрицательной рентабельности бизнеса. В результате в начале 2000-х «Сибур» пережил управленческий и финансовый кризис. В рамках антикризисной программы «Газпром» в 2002 году инициировал структурные изменения в компании». 

В 2003 году главой «Сибура» стал Александр Дюков, ранее занимавший руководящие должности в Морском торговом порту Санкт-Петербурга и Петербургском нефтяном терминале. Сегодня Дюков – генеральный директор ПАО «Газпром нефть», по совместительству заместитель председателя совета директоров ПАО «Сибур Холдинг». В дальнейшем он еще сыграет значительную роль в развитии холдинга, правда уже в качестве руководителя крупнейшей нефтегазовой компании.

Стоит отметить, что на момент прихода в «Сибур» Александру Дюкову было 35 лет. В интервью изданию Forbes он рассказал, чем для него был приход в компанию:

«Мне это (приход в компанию) было в принципе интересно. У меня все-таки уже был опыт руководства достаточно большой организацией — морским портом, где было 10 тыс. сотрудников. Поэтому страшно точно не было, но в первый год пришлось пройти своеобразный стресс-тест. Переезд, новая отрасль, новая компания. Плюс все проблемы «Сибура»: убытки, отрицательные чистые активы, огромный долг, банкротства и прочее».

В другом интервью – изданию «Управление производством» Александр Дюков подробно описал ситуацию в компании на момент его назначения.

«Несколько десятков убыточных предприятий, находящихся в процедуре банкротства, с общим долгом, превышавшим выручку холдинга. При этом угроза потери производственных активов, в том числе газоперерабатывающих заводов и Тобольской площадки, отсутствие средств для финансирования текущей операционной деятельности были далеко не всеми проблемами, с которыми компании предстояло разобраться», – цитирует издание Дюкова.

Наиболее красочно ситуацию в компании же характеризует случай, описанный изданием «Рамблер Финансы», ссылаясь на члена правления «Сибур Холдинг» Михаила Карисалова, «в конце первого года работы на одном из совещаний сотрудники решили намекнуть Дюкову, что не отказались бы от повышения жалованья. «Вот, Александр Валерьевич, у нас тут четыре кубика с буквами А, О, П и Ж», – начали было они. Но Дюков не дал закончить мысль и моментально среагировал: «Поручаю вам ответственную задачу: нужно составить из этих кубиков слово «счастье».

По словам самого Александра Дюкова, основными задачами на посту главы «Сибура» было сохранить активы, завершить процедуры банкротства и начать генерировать положительный денежный поток. Для решения этих задач необходимо было сформировать эффективную, профессиональную управленческую команду, которая бы после выведения компании из кризиса могла заняться разработкой и реализацией полноценной стратегии развития компании. Самой стратегии, к слову, на тот момент у «Сибура» не было.

Над стратегией начали работать спустя год, когда нормализовалась производственная деятельность и дозагрузка мощностей позволила начать генерировать прибыль. Параллельно удалось разобраться с кредиторами.

Подводя своеобразные итоги своей деятельности на посту гендиректора «Сибура» Дюков отмечал, что считает выполненными все задачи. В интервью, опубликованном на официальном сайте «Газпром нефти» он, в частности, рассказывал, что за весь 2001 год при отрицательной рентабельности выручка компании составила 41,5 млрд руб., а в 2006 году исходя из консервативной оценки, выручка составила более 115 млрд руб., EBITDA – 29 млрд руб., чистая прибыль – не менее 16 млрд руб.

Что касается долгов компании, то эту проблему удалось решить за счет передачи всех производственных активов на баланс новой компании – «Сибур Холдинг», в акции которой и был конвертирован долг перед «Газпромом». При этом группа «Газпром» стала 100% собственником компании.

В самом «Сибуре» официально заявляли, что Дюков «сформировал основу новой команды, как из опытных профессионалов-производственников, так и представителей нового поколения менеджеров, а также выработал стратегические принципы дальнейшего развития». Принципы заключались в укреплении долгосрочного доступа к сырью, эффективной переработке побочных продуктов добычи нефти, а также монетизация сырьевого ресурса через создание новых мощностей по его транспортировке и глубокой переработке.

Добавим, что новая выверенная стратегия, разработанная при Дюкове, не вызывала вопросов, однако очевидно, что на ее реализацию по-прежнему нужны были деньги.

После перехода Александра Дюкова в «Газпром нефть» – в 2006 году – собранная им команда продолжила работу под руководством Дмитрия Конова (ныне – председатель правления «Сибур Холдинга», прим.ред.

Тогда же началась реализация масштабной инвестиционной программы. По информации с официального сайта «Сибура», акцент был сделан на увеличении газопереработки для укрепления сырьевой базы компании. Строились и расширялись газоперерабатывающие заводы, компрессорные станции, трубопроводная сеть, газофракционирующие мощности.

«Полученные компетенции по строительству новых мощностей и дополнительные финансовые ресурсы от продажи углеводородного сырья позволили приступить к созданию полимерных производств в рамках импортозамещения и реализации экспортного потенциала», – говорится на официальном сайте «Сибура».

Настоящим прорывом для СИБУРа стали 2010 и 2011 годы, когда бенефициарами стали Леонид Михельсон председатель правления ПАО «Новатэк», ставший председателем совета директоров «Сибур Холдинга», а также Геннадий Тимченко. Отмечалось, что Леонид Михельсон давно интересовался нефтехимией: у «Новатэка» было свое сырье, и компания, совместно с «Сибуром», планировала развивать переработку в Тобольске.

Покупка состоялась в два этапа. По данным «Рамблер. Финансы», в декабре 2010 года компания «Миракл», подконтрольная Михельсону, купила 50% «Сибура» у «Газпромбанка» за 75 млрд рублей, взяв кредит в том же «Газпромбанке». Почти через год компания Dellawood Holdings (бенефициары Михельсон, Тимченко и менеджеры «Сибура», прим.ред.) купила оставшиеся 50% акций. После сделки «Миракл» был присоединен к «Сибур Холдингу», а Dellawood стала владельцем 100% «Сибур Холдинга». Таким образом, Михельсон получил 57,5% компании, Тимченко – 37,5% и менеджеры – 5%. Долг же оказался на балансе «Сибура».

С приходом новых владельцев холдинг приступает к реализации ряда технических проектов, которые воплотили в жизнь стратегические принципы, заложенные Александром Дюковым. В начале 2010-х была завершена масштабная реконструкция Южно-Балыкского ГПЗ (ХМАО), а также началось строительство второй очереди завода. В начале 2012 года началась масштабная модернизация Муравленковского ГПЗ (ЯНАО). В сентябре 2012 был введен в эксплуатацию Вынгапуровский ГПЗ (ЯНАО), позже был запущен новый магистральный продуктопровод для транспортировки ШФЛУ из ЯНАО и ХМАО до «Тобольск-Нефтехима». В сентябре 2015 был построен Южно-Приобский ГПЗ (ХМАО). По словам топ-менеджеров СИБУРа, Михельсон не жалел денег на развитие. Объем инвестиций, направленных на развитие и расширение бизнеса в 2010 году, вырос до 58,5 млрд руб., (в 2009 году он составлял 29 млрд руб., прим.ред.). Инвестиционная программа 2011 года была утверждена в размере 73,4 млрд руб. Уже в 2012 году инвестиционные расходы компании составили 98 млрд руб.

Уже в начале 2013 года «Сибур» размещает дебютный выпуск еврооблигаций на сумму 1 млрд долл. сроком на пять лет. Ориентир по доходности – 3,9–4,1% годовых. Как писали тогда финансовые аналитики, отсутствие эмитента на рынках внешнего долга, безусловно, стало одной из причин повышенного интереса к его дебютному выпуску, особенно учитывая отличное кредитное качество, консервативную долговую политику и наличие высоких рейтингов. Для компании, топ-менеджмент которой еще несколько лет назад убеждал бенефициара («Газпром») тратить прибыль на развитие, а не на погашение долгов, эти годы стали настоящим прорывом.

Очевидно, что прежде всего «Сибуру» нужно было сырье – тот самый ПНГ, который в 80-90-х и в 2000-х просто сжигался нефтяниками. Но сами нефтяники не торопились утилизировать попутный газ. Во-первых, нужно было строить дополнительные продуктопроводы до ближайших газоперерабатывающих заводов, что было весьма затратно, особенно когда речь шла об удаленных месторождениях. Во-вторых, как уже было сказано, существующие ГПЗ вряд ли бы справились с такими объемами. Ситуация поменялась в 2009 году, за год до того, как Леонид Михельсон и Тимченко начали скупать акции «Сибура». Тогда и было подписано постановление правительства «О мерах по стимулированию сокращения загрязнения атмосферного воздуха продуктами сжигания ПНГ на факельных установках» – знаменитая «седьмая поправка», которая вступила в силу с 2012 года. Необходимость нового документа, по словам представителей Минприроды РФ (а именно это ведомство было инициатором, прим.ред.), было связано с «необходимостью уточнения порядка расчета показателя сжигания ПНГ, а также принципов расчета платы за выбросы вредных веществ, образующихся при сжигании ПНГ». Согласно документу, нефтяники были вынуждены утилизировать не менее 95% ПНГ на своих месторождениях. Иными словами нефтегазовые компании, в том числе работающие на территории ХМАО и ЯНАО, обязали поставлять сырье переработчику, а переработчиком номер один в этих регионах был «Сибур».

Разумеется, не существует официальных подтверждений того, что Михельсон, Тимченко и менеджмент «Сибура» заранее подготовили почву и, прежде чем инвестировать в холдинг, пролоббировали «седьмую поправку», хотя многие эксперты видели в этом вполне логичный ход. Тем не менее, факт остается фактом: Леонид Михельсон вместе со своими партнерами и коллегами «поймали экологический тренд», попутно создав вполне рентабельную бизнес-схему.

Помимо обеспечения сырьем газоперерабатывающие заводы руководству «Сибуру» удалось практически невозможное – убедить нефтяников напрямую или косвенно инвестировать в развитие газоперерабатывающего холдинга. И значительную роль здесь сыграл уже знакомый нам Александр Дюков, который, как член правления газоперерабатывающего холдинга был заинтересован в развитии предприятия: Вынгапуровский ГПЗ, открывшийся в 2012 году, и Южно-Приобский ГПЗ, построенный в 2015, стали совместными проектами «Сибура» и «Газпромнефти». Примечательно, что тогда руководство «Газпром нефти» заявляло, что дело тут вовсе не в «обязаловке» и утилизация ПНГ для «Газпром нефти» экономически целесообразна.

Удалось «Сибуру» договориться и с ТНК-ВР, у которой были добывающие активы в ХМАО.

Сегодня большинство нефтегазовых компаний уровень рентабельности утилизации ПНГ не афишируют. Однако косвенно можно понять, что ВИНКи более или менее успешно вписались в созданную схему.

Любопытно, что еще до «триумфа» «Сибура» передовой компанией в плане утилизации ПНГ, работающей на территории Западной Сибири, была «Сургутнефтегаз» – процент полезного использования ПНГ в 2010 году составлял 95,5%. Затем шла ТНК-ВР (84,6%) и ЛУКОЙЛ (76,8%), а вот у «Роснефти» и «Газпром нефти» в то время показатели были не особо высокими – 53,8% и 55,6% соответственно. После выступления в силу «седьмой поправки» показатели ВИНКов улучшились: по информации на 2014 год, «Газпромнефть» и «Роснефть» – по 80,5%, ЛУКОЙЛ – 89,9%. На протяжении последующих пяти лет показатели значительно не менялись, если в отдельных случая показатели полезного использования ПНГ падали, то, как правило, ВИНКи объясняли это разработкой удаленных месторождений, где нет инфраструктуры для первичной подготовки и транспортировки ПНГ. Власть отрапортовала, что «седьмая поправка работает», а в «Сибуре» начали считать прибыль.

Примечательно, что «на подъеме», в 2012-2014 годах, «Сибур» продолжает вкладывать средства в свои активы. В 2014 году чистая выручка компании упала почти вдвое по сравнению с 2013 – с 50,9 млрд до 25 млрд рублей, однако стоимость активов возросла с 419,3 млрд до 647,3 млрд рублей. Такая же динамика была продемонстрирована «Сибуром» и в 2015 году – прибыль снизилась до 6,5 млрд, а активы – выросли до 847 млрд рублей. Однако затем, каждый год чистая прибыль холдинга никогда не опускалась ниже отметки в 110 млрд рублей.

Отметим, что в этот же период Тимченко продал 17% акций «Сибура» Кириллу Шамалову, сыну Николая Шамалова, сократив свою долю до 15,3%. Отметим, что ряд СМИ называют Кирилла Шамалова зятем президента России.

В 2015 году к ним присоединился еще один партнер – китайская компания Sinopec, которая заплатила за 10% «Сибура» более 1,3 млрд долларов США. В результате сделки доля самого Михельсона сократилась с 50,2% до 43,2%.

По итогам 2019 года «Сибур» заработал 141,3 млрд рублей, повысив прибыль по сравнению с 2018 более чем на 30 млрд рублей. В конце прошлого года рейтинговое агентство «Эксперт РА» повысило «Сибур Холдинг» до уровня ruAAA, с прогнозом по рейтингу «стабильный». Специалисты связывают это, в том числе и с диверсифицированной продуктовой линейкой, преимущественно ориентированной на внутренний рынок.

Кстати, несмотря на то, что крупнейший кредитор группы – Фонд национального благосостояния, являющийся держателем облигаций на финансирование ЗапСиба в объеме 1,75 млрд долларов США со сроком погашения в 2030 году, эксперты отмечают слабый фактор поддержки со стороны государства. Впрочем, если говорить о той же «седьмой поправке», государство, хоть и косвенно, но оказало «Сибуру» колоссальную поддержку.

Сюжеты и аналитика

Новости